Я — еврей,

но сначала — землянин!


Привет, мiр!

Выбрано имя, зарегистрирован домен, открыт хостинг, выложен движок WP и начаты работы над дизайном сайта. Параллельно думаю над концепцией.

Эту запись «прилепил», она всегда сверху. Остальные сдвигаются вниз, так что если читать системно, то — снизу вверх.


Кто сочиняет еврейские анекдоты?

Евреи не случайно называли себя «инвалидами пятой группы. Группы, не существующей по медицинским понятиям. Но «пятая группа» — это группа людей, подпадающая под «пятый пункт» — знаменитую пятую графу в анкете.

Пятый пункт в паспорте — место записи о национальной принадлежности человека, бывший до его упразднения настоящей Голгофой для евреев. Можно по случаю вспомнить грустную шутку главного режиссера Театра на Таганке Юрия Любимова. Он так рассказывал о причинах запрета властями его спектакля «Павшие и живые»: «У комиссии ЦК были претензии к спектаклю по трем пунктам, из которых главным был «пятый».

У евреев были свои отношения с властями. Как и во все века, они преданно служили стране, в которой жили. Но государственный антисемитизм накладывал на эти отношения свой негативный оттенок, и это, как обычно, отражалось в еврейских анекдотах.

— Рабинович, вы — член партии?
— Нет, я — ее мозг.

Такое же скептическое отношение было и к провозглашенной политике строительства социалистического государства.

— Рабинович! Вы хорошо устроены в жизни. Не могли бы вы пожертвовать часть своих доходов на строительство коммунизма?
— О-о-о! Это — очень серьезный вопрос. Я должен посоветоваться со своей женой.
Через день у Рабиновича спрашивают:
— Ну, что сказала ваша жена?
— Вы знаете, она у меня спросила: «Если у них нет денег, зачем они это строят?»

Но при этом успехи евреев в науке, культуре и спорте всегда с помпой отмечались советской пропагандой.

Матч на первенство мира по шахматам между Ботвинником и Талем — борьба двух иудеев во славу русского оружия.

Еврейские анекдоты очень чутко реагировали на мировую политическую конъюнктуру, связанную с еврейским народом. Американский историк и публицист Виктор Снитковский даже издал в 2008 году книгу «История СССР в еврейских анекдотах». К примеру, в конце 60-х гг. появился целый блок анекдотов, отражающих щекотливую ситуацию, в которую попал Советский Союз в связи с Пражской весной, конфликтом на острове Даманском и Шестидневной войной на Ближнем Востоке.

Страшный сон Брежнева: «Он стоит на трибуне Мавзолея, а перед ним Красная площадь, битком набитая чехами, едящими китайскими палочками мацу с фаршированной рыбой».

Когда Cоветы стали понемногу выпускать евреев в репатриацию, в стране возникла проблема «сионистов».

— А как узнать, кто — еврей, а кто — сионист?
— Очень просто: кто остается в СССР, тот — еврей, а кто уезжает в Израиль, тот — сионист.

Для антисемитов была приготовлена другая формулировка: «Сионисты — это те, кто хотят освободить СССР от евреев».

Возможность уехать евреи чаще всего воспринимали с восторгом. Они, как правило, были прекрасными специалистами и знали цену не только себе, но и своим детям.

В родильных домах новорожденным еврейским детям на попку сразу ставят знак качества: они идут на экспорт.

Многие далекие от иудейства люди сожалели, что у них нет возможности, как у евреев, бросить этот советский бардак и уехать из СССР. Даже частушка такая появилась:
Ой, ты, Ваня! Милый Ваня!
Слышишь, ножик точится?
Сделай, Ваня, обрезанье:
Мне в Израиль хочется!

С проблемой выезда появилась и проблема отказа в этом выезде.

— Рабинович, почему вам отказали в репатриации?
— Они боятся, что я разглашу наши технические секреты.
— Какие «секреты»?! Запад обогнал нас на десятки лет!
— Вот они и боятся, что именно этот секрет я и могу раскрыть!

Возникла и проблема получения так называемого «вызова» от близких родственников — граждан Израиля. Немедленно появился анекдот. В виде вопроса, ответ на который был заранее известен.
Как вы думаете, что лучше: иметь дальних родственников на Ближнем Востоке или близких — на Дальнем?

Слово «вызов» стало одним из самых популярных в еврейской среде. В опере
— Хаим, ты все понял? Онегин послал Ленскому вызов.
— На него одного или на всю семью?

Потом пошла мода на газетные объявления.
«В русскую семью требуется зять-еврей на выезд»

Однако вскоре выяснилось, что существует значительная прослойка еврейского общества, которая вообще не собирается трогаться с места.
— Не хочу я никуда ехать. Все хотят — жена, дети, теща, тесть, один я не хочу!
— Ну, так пусть и уезжают, а ты оставайся!
— Не получается: я — один еврей в семье.

А вот еще одна, весьма специфическая форма отказа.
— Семь лет просидела в отказе, пока уговорила мужа ехать.

СССР прервал с Израилем дипломатические отношения, но стал налаживать отношения с палестинцами.
— Дети, у нас в школе завтра будет арабская делегация. Абрамович, Кацман и Иванов по матери, — можете на занятия не приходить.

Когда в конце 80-х началась так называемая «Большая алия», в Израиль хлынули сотни тысяч репатриантов. Ехали все, и всех встречали в Израиле с помпой, широко освещая весь процесс в прессе. В Израиле тогда появилось много известных в мире деятелей науки, техники, культуры. Как говорили тогда, «по количеству лауреатов Ленинской и Государственной премий на 100% населения Израиль уже обогнал СССР».

Как всегда, отъезд евреев быстро стал предметом зависти неевреев.
— Ох уж эти евреи! Как для себя — так выдумали сионизм и драпают в свой Израиль. Как для нас — так придумали марксизм, чтобы мы строили конец света в одной отдельно взятой стране.

Как было отмечено в одном из анекдотов, Карл Маркс тоже решил вернуться на свою историческую родину. Узнав об этом, Моисей вернул свой народ в Египет.

Об огромной массе приезжающих в Израиле говорили с радостью, но и не без иронии.
В аэропорту Бен-Гуриона из самолета в кресле выносят столетнего старика. К нему подскакивает журналист с микрофоном:
— Дедушка, а зачем вы приехали в Израиль:
— Я… это… хочу… это… хочу умереть на своей исторической родине.
— Ну-у-у-у…?

Но с появлением сотен тысяч репатриантов возникла проблема трудоустройства многих высококлассных специалистов, занимавших в СССР в свое время высокое положение. Это немедленно отразилось в анекдотах.
В Иерусалиме на улице разговаривают две болонки, и одна говорит другой:
— А ты знаешь, в Москве я была овчаркой.

Появилась возможность сравнивать жизнь в Израиле с жизнью в СССР.
— Ну, что, Рабинович, чувствуете вы себя в Израиле евреем?
— Еще как!
— А в СССР вы чувствовали себя евреем?
— Еще как!

Но при всех условиях комфортности, в которых оказались евреи, люди пожилого возраста не очень спешили учить иврит, рассчитывая, что уж свой век они как-нибудь проживут и без него: на работу им не устраиваться, везде всегда найдется кто-то, кто ему поможет в трудную минуту.
Стоят два пожилых еврея в Тель-Авиве на улице Дизенгоф. Рядом останавливается машина, и водитель спрашивает, как проехать на бульвар Ротшильда. Евреи пожимают плечами, всем своим видом показывая, что они ничего не понимают. Машина уезжает.
— Ну что, Хаим, — говорит один из евреев, — помогло ему знание иврита?

Но прошло время, и из Израиля пошли письма, что репатриантам приходится совсем не просто: проблемы с квартирой, с работой.
Приехавшие очень быстро столкнулись и с израильским чиновничьим бюрократизмом. Особые проблемы были с системой социального страхования.
— Как ты думаешь, если мы поедем в Израиль, моему мужу дадут пенсию по инвалидности?
— А что с ним?
— У него нет двух ног.
— Ну, если он сможет это доказать, тогда, конечно, дадут!

Появились специфические анекдоты и в СССР.
— Рабинович, почему вы не хотите ехать в Израиль?
— Зачем? Мне и здесь плохо.

У советских евреев возникла надежда, что и в СССР как-то можно будет прожить.
— Скажите, — спрашивает еврей какого-то докладчика на общем партийном собрании, — а когда все уедут, для тех, кто останется, будут какие-нибудь льготы?

А потом даже пошел слух, что появились возвращенцы. Единицы, но появились.
Тут же этот слух прокомментировал анекдот.
В Средиземном море встречаются два корабля. Один везет в Израиль репатриантов, другой – возвращенцев в СССР. На обоих кораблях на палубе — евреи, и все делают друг другу один и тот же жест: крутят пальцем у виска.

Перепечатка. Источник ЗДЕСЬ.

Отравленной пулей

Клара Агафонова

— Возможно, это покажется странным, но я не люблю надевать свои боевые награды. Даже по большим праздникам, даже в День Победы. Нет, конечно, я дорожу ими. И дело тут не в ложной скромности. Дело, понимаете… дело совсем в другом. Читать далее

Письмо из Америки

Клара Агафонова

Вообще-то личные письма – дело личное. Разве что переписка великих со временем предаётся гласности и становится всеобщим достоянием. Но вот мне очень захотелось рассказать всем-всем об одном письме, адресованном лично мне. Написано оно человеком отнюдь не знаменитым, отнюдь не выдающимся. Его прислала из Америки в Израиль моя двоюродная сестра Муся. Женщина она простая, как большинство из нас. И писала Муся о вещах обычных – о житье-бытье, о здоровье, о детях и так далее. Но было в том послании ещё нечто такое, что, на мой взгляд, выходило за рамки родственных отношений. Читать далее

Евреи о себе

— Скажите, здесь живет Лейбович? — Нет! Он здесь мучается!

— Мойше, скажите, вы с вашей Басей счастливы? — А куда деваться?

— Циля, а шо это у нас сегодня на обед? — Картошка в депрессии. — Шооо? — Ну, пюре. Вроде картошка, как картошка, но такая подаааавленная…

Читать далее

Воронежское позорище

Марина Королева
журналист «Эхо Москвы»

14 апреля 2013, 06:26

Если вы думаете, что история с «Тотальным диктантом» и Диной Рубиной исчерпана – вы ошибаетесь.
Следующим номером нашей программы на сцену выходят воронежские казаки. Читать далее

Завтра Израиля

Источник этих роскошных фотографий Меира Азулая — в «Живом журнале», мы оттуда взяли не все, только лица. Хотелось подчеркнуть именно иконописные эти лики, и глаза, в которых отражается одновременно вся вековая мудрость, жизнелюбие, человечность и оптимизм нашего древнего народа.

1458109_original
1452859_original
1452088_original
1450122_original
1448205_original
1445973_original
1444889_original
1444721_original
1454607_original
1456644_original
1446474_original
1444314_original
1446163_original
1446896_original
1447496_original
1448897_original
1449382_original
1450361_original
1450504_original
1451792_original
1453820_original
1454052_original
1455098_original
1455219_original
1455606_original
1456068_original
1457138_original
1457310_original
1457732_original
NextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnailNextGen ScrollGallery thumbnail

Над могилой

Жертвами политических репрессий становятся мертвые

Александр Минкин, блог на «Эхо Москвы»

Народы Земли трепетно подсчитывают не только национальные достижения (научные открытия, олимпийские медали, военные победы). Люди столь же трепетно подсчитывают свои потери.

Попробуйте сказать японцу, что в Хиросиме под атомной бомбой погибло столько-то тысяч азиатов. Нет, скажет он, там погибли японцы. Когда речь идёт, например, о Второй мировой войне, англичане считают погибших англичан, итальянцы — итальянцев… Общее же число погибших европейцев интересует почти исключительно историков.

Даже в интернациональном Советском Союзе очень внимательно считали потери каждого народа: русских, украинцев, белорусов…

Во время оккупации на окраине Ростова-на-Дону в 1942-м немцы казнили в Змиевской балке свыше 27 тысяч человек. Спустя десятки лет (в 2004 году) там появилась мемориальная доска.

Эту доску убрали.

Читать далее

Позор

Гостеприимное гетто

Марк Солонин

8 ноября 2012 г. в Москве состоялась торжественная церемония открытия учреждения культуры со странным двойным названием «Еврейский музей и центр толерантности». Изначально предполагалось присутствие президента РФ, но Путин не приехал. На церемонии с пространной речью выступил президент Израиля Шимон Перес. Он, в частности, сказал (в официальной версии президентской пресс-службы):

Читать далее

Ответ Маргарите Алигер

Исаак Хазан. Из книги «Записки космополита»

В 1946 году журнал «Знамя» печатает знаменитое стихотворение Маргариты Алигер «Мы — евреи», являющееся главой её поэмы «Твоя победа». Напечатанная в том же году, эта поэма подвергается суровой критике, и хотя вся поэма «Твоя победа» в дальнейшем перепечатывается, глава «Мы — евреи» изымается и запрещается. Люди, хранившие или распространявшие это стихотворение, подвергались репрессиям.

Читать далее

Сложилось нынче на потеху, что я, стареющий еврей, вдруг отыскал свой ключ к успеху, но не нашел к нему дверей.

Игорь Губерман